Однажды мартовским утром меня хлопнул по плечу какой-то мужчина.

— Как поживаете, дон Эстебан?

Я вспомнил, что уже как-то видел этого типа в Мадриде. Пабло Мачасеро. Он тоже занимался быками. Работал посредником, менеджером. Это ремесло сделало его необычайно обходительным человеком.

— Приветствую вас, Пабло… Зачем пожаловали в Севилью?

— Скажу — не поверите.

— А вы все же попробуйте!

— Я приехал повидать вас.

— Не может быть!

— И тем не менее, это правда.

— Тогда я слушаю вас.

Он замялся, явно смущенный тем, что за столом сидели посторонние.

— Дело в том, что у меня к вам довольно деликатный разговор…

Интригующее начало. Я извинился перед друзьями и повел Мачасеро в укромный уголок, за столик, который мы обычно оставляли влюбленным, иногда случайно забредавшим в наше кафе.

— Выкладывайте.

— Дело вот в чем… В Мадриде я познакомился с весьма богатым человеком, неким Амадео Рибальтой. Как все богачи, он хочет заработать еще больше. У Рибальты две страсти: игра и быки.

— Ну и что?

— Он жаждет примирить оба увлечения, устроив корриду с участием неожиданных тореро.

— Правда?

— То есть людей, чье появление на арене не только удивило бы публику, но и подогрело любопытство. Рибальта готов поставить на кон порядочный мешок денег, лишь бы добиться задуманного.

— Это его право, но… я что-то не понимаю свою роль в этом деле… Меня не особенно интересуют деньги и у меня нет волшебной палочки, чтобы достать из-под земли никому не известных тореро, да еще способных достойно выступить на арене.

Я чувствовал, что Мачасеро хочет что-то сказать, но не решается. Тут пахло какой-то не слишком честной игрой, так что я едва не рассердился.